В центре внимания
В пятом номере журнала «Россия в глобальной политике» за 2019 год опубликована статья главного редактора журнала «Экспорт вооружений» Андрея Фролова.
Статья директора Центра анализа стратегий и технологий Руслана Пухова.
Заместитель директора Центра анализа стратегий и технологий Константин Макиенко — о последствиях возможного приобретения американцами «Мотор Сiч».

ОПК – живой пока. Какие главные проблемы беспокоят российских оборонщиков?

ОПК – живой пока. Какие главные проблемы беспокоят российских оборонщиков?

Российский оборонно-промышленный комплекс (ОПК) на фоне многих других отраслей отечественной индустрии кажется островом процветания. По Гос­программе вооружения (уже третьей по счёту) в войска поступает достаточно современная техника. По экспорту вооружений Россия прочно занимает второе место в мире.

Но так ли безоблачно положение российского ОПК? О вызовах, которые брошены нашим оборонщикам, «АиФ» рассказал директор Центра анализа стратегий и технологий Руслан Пухов.

На «гражданке»

– Наш ОПК сталкивается сегодня с двумя вызовами и одной большой проблемой. Первый вызов – это импортозамещение. Здесь процесс идёт в целом вполне успешно. Основной объём импортозамещения приходится на продукцию, производимую украинскими предприятиями.

Там было локализовано производство, например, газотурбинных двигателей для кораблей Военно-морского флота. Мощные турбореактивные силовые установки для больших военно-транспортных самолётов (например, Д-18Т для Ан-124 «Руслан» и Ан-225 «Мрия») тоже производились только на Украине.

В этой части главная задача даже не воспроизвести старые советские изделия, а разработать и производить их аналоги сразу на новом технологическом уровне. Что и было сделано и с вертолётными двигателями, и с корабельными газотурбинными двигателями. Постепенно идёт также импортозамещение более высокотехнологичных систем, которые до 2014 г. Россия импортировала из Франции (например, тепловизоры для танковых прицелов ночного видения) и других европейских стран, а также Израиля.

Второй вызов – это диверсификация, то есть наращивание на мощностях военных предприятий производства продукции двойного и гражданского назначения. Это очень сложный процесс, который требует и от самих компаний ОПК, и от государства больших инвестиций и колоссальной организационной и маркетинговой работы. Задачи тут стоят амбициозные – добиться выхода на 30% производства «гражданки» к 2025 г. и на 50% к 2030 г. По состоянию на прошлый год эта доля составила, по заявлению вице-премьера правительства Юрия Борисова, 20,8%. При этом надо понимать, что для одних секторов диверсифицировать производство гораздо проще, чем для других. Например, в авиастроении, вертолётостроении или кораблестроении это сделать легче, а вот разработчикам и производителям ракетного оружия и систем ПВО – гораздо труднее. Тем не менее на МАКС-2019 корпорация «Тактическое ракетное вооружение», например, продемонстрировала целый ряд интереснейших видов гражданской продукции – медицинского оборудования, тренажёров, металлургической продукции.

Что поют финансы?

Наконец, наиболее живо­трепещущая проблема ОПК на сегодня – это очень сложное финансовое положение большого числа предприятий и компаний. Закредитованность ­отрасли чудовищна – 2 трлн руб. Практически вся прибыль, которую удаётся получить предприятиям ОПК – а это 135 млрд руб., идёт на выплаты процентов по долгу. При этом само тело долга не погашается и вообще вряд ли может быть погашено без принятия специальных мер.

Отчасти эта история уходит корнями в решение 2012 г. частично финансировать Гос­программу вооружения на 2012–2020 гг. за счёт гарантированных государством коммерческих кредитов. Уже тогда высказывались мнения, что главными бенефициарами этого решения станут банки, а не предприятия ОПК или государство. Но с учётом того, что перевооружение надо было запускать как можно быстрее, в целом такое решение было оправданным. 

Вторая причина – слишком высокая стоимость денег в экономике России. Даже сейчас, при беспрецедентно низкой инфляции, стоимость кредита составляет 8–10%. При этом рентабельность большин­ства оборонных производств и в целом машиностроительных предприятий составляет в лучшем случае 4–5%, а зачастую колеблется около нуля. 

И, наконец, о рентабельности. Вообще по закону при выполнении гособоронзаказа заказчик должен обеспечивать такой уровень цен, чтобы рентабельность была не менее 20%. В реальности, как я уже сказал, хорошо, если 4%. Проблема в том, что с такой прибылью развитие высокотехнологичной промышленности невозможно. Не хватит средств на закупку нового оборудования, строительство новых, современных промплощадок, подготовку и переподготовку персонала. То есть такая низкая рентабельность по гособоронзаказу обрекает ОПК на стагнацию и отставание от конкурентов.

Где выход?

Выход один: обеспечить более высокую рентабельность заказов Министерства обороны. Причём чем более высокотехнологичная продукция, тем больше должна быть прибыльность. А наиболее высокотехнологичная отрасль военной промышленности – это производство авиадвигателей (это вообще самые высокие технологии в машиностроении) и систем ПВО. Надо понимать, что российские военные получают вооружения мирового уровня по неслыханно низким ценам, особенно если брать долларовый эквивалент. Если мы сравним цены на все основные системы вооружений и агрегаты, то увидим, что стоимость западных аналогов на десятки процентов, а то и в разы выше. Но чудес не бывает, и такое положение дел не может сохраняться бесконечно. Для поддержания высокой конкурентоспособности российских вооружений и военной техники оборонке надо больше платить. Но сейчас, жалуются оборонщики, Минобороны держит ОПК на голодном пайке.

Большие микросхемы

Есть у ОПК и другие проблемы, как доставшиеся в наслед­ство от советского прошлого, так и появившиеся сравнительно недавно. Главная из тех, что возникли ещё при СССР, – элементная база. Помните шутку про то, что наши микросхемы  самые большие в мире? С элементной базой у нас ещё со времён СССР дела обстояли неважно. А кратковременное сотрудничество с США в 1990-х гг., в том числе по МКС, когда нам охотно продавали электронику и для космоса, и для оборонки, окончательно её угробило. Потом на Россию наложили санкции, краник перекрыли – и мы остались вообще без радиоэлектроники.

Кстати, о санкциях. Одна точка зрения гласит, что отлучение промышленности от высоких западных технологий эту промышленность убивает. Прямо противоположная утверждает, что, напротив, заставляет развиваться более интенсивно. Оба мнения верны и неверны по-своему. С одной стороны, санкции действительно очень болезненны. С другой – это шанс выйти из заколдованного круга, в котором ОПК находится не одно десятилетие. Я имею в виду дефицит новых идей и проектов. Скажем, известно, что российские самолёты Су-30 и Су-35 – это дальнейшее развитие ещё советского истребителя Су-27. И так не только в авиации. Пока «Армата» не стала массово поступать в войска, основным танком остаётся Т-72, принятый на вооружение в 1973 г. Примеров много. Плюс от санкций может быть вот какой: если ты адаптируешься к ним быстрее, чем их вводят, они тебя не калечат. Всё, что тебя не убивает, делает тебя сильнее. 

Источник: https://aif.ru/society/army/opk_zhivoy_poka_kakie_glavnye_problemy_bespokoyat_rossiyskih_oboronshchikov

Дата публикации: 10.10.2019