В центре внимания
Статья директора ЦАСТ Руслана Пухова для журнала «Россия в глобальной политике»
Обзор доклада с конференции «Огарковские чтения — 2023»

Отношения Армении и Турции после Второй карабахской войны

Мамед ВЕЛИМАМЕДОВ

Вторая карабахская война (далее ВКВ) и сокрушительное поражение в ней Армении, создали в регионе новую геостратегическую обстановку. Наблюдается усиление роли и влияния Турции при снижении влияния России. Военно-политическое вмешательство Анкары в армяно-азербайджанский конфликт резко повысило её значение в региональных процессах. Геополитическому лидерству России был брошен вызов, ответ на который Москва так и не смогла дать. Российский клиент и союзник проиграл, а союзник Турции одержал убедительную победу[1]. Это нанесло серьёзный ущерб российским интересам в Закавказье и резко повысило престиж Анкары.

При этом Турция начала позиционировать себя как новую силу в регионе. Так, 11 декабря 2020 г. во влиятельном проправительственном издании Sabah появилась статья турецкого политолога, главного координатора аналитического центра SETA Бурханеттина Дюрана, в которой он отмечает, что одним из главных последствий Второй карабахской войны является то, что Россия больше не рассматривается в качестве единоличной и главной силы на постсоветском пространстве. Теперь Москва должна учитывать фактор турецкого присутствия в регионе, считают в самой Турции. И Россия сочтёт целесообразным согласиться на то, чтобы на Кавказе, как и в Сирии, быть с Турцией ключевыми акторами и разделить сферы влияния, полагают турецкие эксперты.

Турция официально заявляет о том, что регион Южного Кавказа и Центральной Азии является для неё зоной не просто стратегических, но жизненно важных интересов. При этом в Турции осознают тот факт, что подобная риторика созвучна с той, которую Россия продвигала на протяжении всей новейшей истории, начиная с распада Советского Союза.

Но главным для Турции в истории с Нагорным Карабахом стал опыт самостоятельной операции, в которой страна не сотрудничала ни с кем из ведущих мировых игроков. Речь идёт о вмешательстве в территориальный спор в регионе, который Россия считала своей зоной влияния. Эта монополия была нарушена.

Таким образом, главными итогами Второй карабахской войны стали: военное поражение Армении и критический ущерб её военному потенциалу, военное превосходство Азербайджана над Арменией, усиление влияния и веса Турции в регионе, уменьшение веса и влияния России в регионе. Стороны конфликта начали поиск своего места в этой новой обстановке. В первую очередь это касается Армении как стороны потерпевшей тяжёлое поражение. До начала ВКВ армянские политики говорили о том, что «вооружённые силы Армении являются самой боеспособной и интеллектуальной армией в регионе» (Никол Пашинян) и что «новая война будет за новые территории» (Давид Тоноян). Однако поражение в войне привело к переоценке собственных возможностей и вынудило Армению искать пути адаптации к изменившейся геостратегической ситуации в регионе.

Новый статус-кво для Армении является предельно дискомфортным. В ходе войны потерян контроль над азербайджанскими районами вокруг Нагорного Карабаха и значительные территории непосредственно в нём. Был нанесён сокрушительный удар по военному потенциалу Армении. Если ранее Ереван увязывал освобождение оккупированных азербайджанских районов с определением статуса Нагорного Карабаха, то теперь он лишился этого «козыря».

В долгосрочной перспективе исход ВКВ, очевидно, осложнит отношения Москвы и Еревана. Армянское общество было глубоко разочаровано нейтральной позицией Москвы, противоречащей, по крайней мере, духу обязательств по военным соглашениям между двумя странами и Договору о коллективной безопасности. Сама же Россия по итогам войны парадоксальным образом оказалась вынуждена поддерживать в Армении правительство Никола Пашиняна, прежде считавшегося в Москве прозападным. Прошедшие в 2021 г. выборы подтвердили, несмотря на военный разгром, поддержку большинством армянского общества курса Пашиняна и продемонстрировали слабость прорусских элементов на армянской политической сцене. Таким образом, можно говорить, что в морально-политическом отношении влияние России в армянском обществе ослабло, и, видимо, это рано или поздно обретёт свое политическое выражение[2].

Еще до начала войны Никол Пашинян предпринимал попытки развернуть внешнюю политику Армении в сторону Запада. Он взял крайне осторожный курс, не желая вступать в конфликт с Москвой, но все же изменил вектор внешней политики Армении. При этом особая роль отводилась отношениям с Францией. Придя к власти, Пашинян и его соратники попытались дискредитировать ОДКБ, арестовав генерального секретаря организации. Потом в течение года Ереван блокировал назначение нынешнего главы ОДКБ. После начала ВКВ Ереван сразу обратился за помощью к США и Франции. Вашингтон и Париж быстро откликнулись на призыв и начали активно добиваться прекращения боевых действий. Но ни участие президента Франции Эмманюэля Макрона, ни участие государственного секретаря США Майка Помпео не помогли в этом. В то же время предложения России об условиях прекращения боевых действий отвергались Ереваном. Видимо, в Армении до последнего надеялись на то, что вопрос удастся решить при помощи США и Франции.

Лишь взятие азербайджанскими войсками Шуши и угроза полной потери Карабаха заставили Пашиняна согласится с российскими предложениями, в результате чего боевые действия были прекращены, а в Нагорный Карабах был введен российский миротворческий контингент.

Поражение в войне и Заявление Президента Азербайджанской Республики, Премьер-министра Республики Армения и Президента Российской Федерации от 10 ноября 2020 г., в соответствии с которым Армения обязалась вывести войска из прилегающих к Нагорному Карабаху районов, спровоцировали серьезный внутриполитический кризис в Армении. Сперва это вылилось в массовые беспорядки и захват здания парламента, через некоторое время руководство генерального штаба вооруженных сил Армении предприняло неудачную попытку добиться отставки Пашиняна. После этого были назначены досрочные парламентские выборы, победу на которых 20 июня 2021 г. одержал блок Пашиняна, и он смог удержать власть.

Все эти события заставили армянские власти временно отказаться от прозападного пути в своей политике и полностью ориентироваться на Москву. Однако после укрепления власти Никол Пашинян начал осторожно возвращаться к этой идее. Так, в 2021 г. он обратился к Макрону с предложением разместить контингент французских войск на армяно-азербайджанской границе. Во время визита во Францию в 2021 г. Пашинян выразил интерес к «увеличению присутствия Франции в Армении».

Сегодня Армения пытается не только выстраивать связи с Францией и США, но и нормализовать отношения с Турцией. Свою роль в этом сыграли усиление влияния Турции в регионе после ВКВ, а также, вероятно, желание Еревана путем налаживания армяно-турецких отношений вести более сбалансированную внешнюю политику и минимизировать свои риски в случае дальнейшего снижения влияния России в регионе.

Следует отметить, что отношения Армении и Турции серьёзно осложнены долгим опытом взаимного недоверия между народами двух стран, а также негативным историческим наследием, от которого они не сумели освободиться. С момента распада СССР Анкара и Ереван неоднократно предпринимали попытки дипломатической нормализации.

24 декабря 1991 г. Турция официально признала независимость Республики Армения, но дипломатические отношения между двумя государствами не были установлены. В 1993 г. в ответ на оккупацию Кельбаджарского района Азербайджана Турция закрыла границу с Арменией, прекратив автомобильное, железнодорожное и воздушное сообщение. Воздушная граница была вновь открыта в 1995 г. Открытию сухопутной границы и установлению дипломатических отношений препятствовал ряд предварительных условий, выдвинутых Турцией, в частности, по освобождению оккупированных азербайджанских территорий и отказу от международного признания геноцида армян.

В последующие годы имели место инициативы по возобновлению диалога сторон. В апреле 2005 г. Реджеп Тайип Эрдоган, занимавший тогда пост премьер-министра Турции, направил письмо в адрес президента Армении Роберта Кочаряна, предложив сформировать совместную комиссию для анализа событий 1915 г. Вместо поддержки Эрдогана Кочарян заявил о готовности начать политический диалог на высшем уровне по нормализации отношений.

Ближе всего к позитивному прорыву в отношениях стороны оказались в результате серии переговоров, известных как «футбольная дипломатия», подписав в 2009 г. в Цюрихе двусторонние протоколы. Но продолжения этот процесс не имел, ратификация соглашений не состоялась. Главной причиной неудачи стала невозможность отделить проблемы прошлого от актуальных этнополитических сюжетов, на первом плане среди которых остается карабахский вопрос.

В августе 2020 г. руководство Армении неожиданно обратилось к Севрскому мирному договору 1920 г. В одном из своих выступлений Никол Пашинян подчеркнул, что «Севрский договор своей 89-й статьей констатировал и закреплял неоспоримую историческую связь армянского народа с Армянским нагорьем, где на протяжении тысячелетий рождался, жил и создавал государственность и культуру армянский народ»[3]. Президент Армении Армен Саркисян, в свою очередь, отметил, что Севрский договор — это законный, межгосударственный, а также де-факто действующий документ[4].

Согласно вышеупомянутой 89-й статье Севрского договора, делимитация границы между Турцией и Арменией была оставлена на усмотрение США. Американский президент Вудро Вильсон решил, что Армения должна получить более половины вилайетов (провинций) Ван и Битлис, основную часть вилайета Эрзрум, восточную часть вилайета Трабзон — территорию, в три раза превышающую территорию современной Армении. Армении также обеспечивался выход к Чёрному морю. Таким образом, руководство Армении де-факто выдвигало территориальные претензии к Турции.

Но после ВКВ статус-кво изменился. Поражение заставило Армению умерить свои амбиции. Освобождение азербайджанских территорий вокруг Нагорного Карабаха повлияло и на позицию Анкары. Если до этого Турция выдвигала в качестве предусловия деоккупацию азербайджанских земель, то сегодня она фактически ставит сам процесс нормализации в зависимость от того, как будет продвигаться диалог Еревана и Баку.

15 декабря 2020 г. Никол Пашинян заявил о том, что Армении необходимо улучшить отношения с Турцией и Азербайджаном и попытаться найти точки соприкосновения с ними.

18 января 2021 г. уже министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу поднял вопрос о нормализации армяно-турецких отношений. По его словам, в Карабахе сохраняется режим перемирия, что можно отнести к позитивным сторонам урегулирования. В то же время он добавил, что, «если перемирие будет долгосрочным, Турция и Азербайджан могут предпринять шаги для нормализации отношений с Арменией». «Мы будем координировать этот процесс с Азербайджаном», — резюмировал Чавушоглу.

В мае 2021 г. Пашинян заявил, что армяне и турки являются врагами, но это не может длиться вечно, и даже вражду следует держать под контролем. 29 августа президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что «желает успехов новому правительству Армении». Выступая на заседании правительства Армении 8 сентября, Никол Пашинян говорил о готовности к нормализации отношений с Турцией. Премьер-министр республики особенно подчеркнул, что в долгосрочном плане приоритетом для Еревана является мир и стабильность на Кавказе.

Об армяно-турецкой нормализации снова заговорили 26 октября. Во время визита в Азербайджан президент Эрдоган в очередной раз очертил рамки, внутри которых этот процесс может начаться. Вместе с Ильхамом Алиевым он принял участие в открытии Физулинского международного аэропорта. Пока разговоры о разблокировании транспортных коммуникаций между Арменией и Азербайджаном ещё не стали реальностью, Алиев и Эрдоган заложили «фундамент» Зангезурского коридора. До воплощения этого проекта в жизнь ещё нужно пройти большой путь, многие проблемные вопросы не сняты, но турецкий и азербайджанский руководители предпринимают попытки ускорить этот процесс.

Оценивая позицию Турции по нормализации армяно-турецких отношений необходимо отметить, что обязательным предусловием Анкара выставляет налаживание отношений Еревана с Баку. После ВКВ основными спорными вопросами между двумя сторонами являются: признание Арменией Карабаха частью Азербайджана, разрешение проблемы демаркации и делимитации границы, открытие транспортного коридора между западными районами Азербайджана и Нахичеванской автономной республикой.

Глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу 13 декабря 2021 г. дал понять, что в отношениях между Анкарой и Ереваном открылась новая страница. Чавушоглу сообщил, что Турция и Армения на взаимной основе назначат специальных представителей по нормализации отношений.

15 декабря спецпредставителем Турции по нормализации отношений с Арменией был назначен опытный дипломат Сердар Кылыч. В марте 2021 г. он завершил свою семилетнюю работу в качестве турецкого посла в США. В биографии Кылыча служба послом в США, Японии и Ливане, руководство подразделением министерства иностранных дел, ответственным за отношения с НАТО, а также работа в Совете национальной безопасности Турецкой Республики. Очевидно, что вопрос нормализации отношений с Арменией для Анкары выходит за рамки двусторонней повестки, он также включает налаживание отношений между Баку и Ереваном. Косвенным образом давление оказывается и на Москву, под сомнение ставится вопрос о ее эксклюзивном положении в Закавказье. Отношения с Арменией — это также часть американского сектора турецкой внешней политики. Не случайно в этой связи приглашение на должность специального представителя дипломата, знающего внутриполитические особенности США. Наиболее проблемная тема — вопрос о признании событий 1915 г. в Османской империи геноцидом.

После того как руководство Турции определилось с кандидатурой своего спецпредставителя Ереван назначил его коллегой со своей стороны Рубена Рубиняна.

При знакомстве с биографиями двух спецпредставителей трудно не заметить определённых диспропорций. Во-первых, Кылыч в два раза старше Рубиняна, турецкому дипломату 63 года. В его послужном списке имеется опыт работы послом в трёх иностранных государствах. Рубинян же, получив профильное образование в Армении и за рубежом (Университетский колледж Лондона и Ягеллонский университет), проработал во внешнеполитическом ведомстве менее года в должности заместителя министра.

К концу 2021 г. в Ереване заговорили о необходимости возобновить транспортное сообщение в турецком и азербайджанском направлениях. На заседании правительства 16 декабря Никол Пашинян сообщил, что на переговорах с Алиевым была подтверждена договоренность о строительстве железной дороги Ерасх — Джульфа — Ордубад — Мегри — Горадиз. Он напомнил, что это соглашение было достигнуто при участии России во время трёхсторонней встречи 26 ноября в Сочи. По словам Пашиняна, по данной дороге Армения получит выход в Иран и Россию, а Азербайджан — в Нахичеванскую автономию. По ходу выступления Пашинян затронул и вопрос железнодорожной ветки от Гюмри до Карса (Турция). Она нуждается в реконструкции, и при успешном армяно-турецком процессе эта дорога также будет задействована.

Таким образом, можно отметить прямую взаимосвязь между назначением спецпредставителей по нормализации отношений в Турции и Армении и заявлениями руководства Армении о необходимости возобновления транспортного сообщения с Турцией и с Азербайджаном.

14 января 2022 г. в Москве состоялась встреча спецпредставителей — вице-спикера Национального Собрания Республики Армения Рубена Рубиняна и посла Сердара Кылыча.

Мероприятие продлилось около полутора часов, по его завершении не было пресс-конференций или иных официальных заявлений. Судить об итогах встречи приходится, основываясь лишь на пресс-релизах министерств иностранных дел двух стран.

В первую очередь стоит отметить, что опубликованные внешнеполитическими ведомствами тексты абсолютно идентичны. Это означает, что стороны согласовали формат и содержание сообщений, и, что важно, договорились не нарушать ход переговоров, зарабатывая «политические очки» друг на друге после встречи. В пресс-релизах упоминается, что представители «обменялись предварительными мнениями относительно процесса нормализации», а уже в следующем предложении отмечается, что стороны договорились продолжить переговоры без предварительных условий. Это можно назвать значительным продвижением, так как Турция впервые официально заявляет об отказе от предварительных условий.

2 февраля возобновилось чартерное авиасообщение между Арменией и Турцией, которое было прекращено в 2019 г. Как сообщил глава совета директоров армянской авиакомпании FlyOne Armenia Арам Ананян, «рейсы Ереван — Стамбул — Ереван будут выполняться два раза в неделю, по понедельникам и пятницам. В ближайшие месяцы авиакомпания планирует выполнять три рейса в неделю по маршруту Ереван — Стамбул — Ереван по понедельникам, средам и пятницам». Помимо FlyOne Armenia армянские авиационные власти также дали разрешение на выполнение рейсов турецкой авиакомпании Pegasus.

12 марта в рамках дипломатического форума в Анталии состоялась встреча министров иностранных дел Армении и Турции Арарата Мирзояна и Мевлюта Чавушоглу. Министр Мирзоян выразил благодарность коллеге за приглашение. Дипломаты вновь подтвердили готовность к полноценной нормализации отношений между Арменией и Турцией и установлению добрососедства без предварительных условий. Стороны сошлись во мнении, что такое развитие событий необходимо всему региону. Министры иностранных дел выразили свою поддержку работе спецпредставителей двух стран в этом процессе.

15 марта в рамках Анталийского дипломатического форума министр иностранных дел Армении Арарат Мирзоян дал интервью агентству «Анадолу» и отметил следующее[5]:

·       «Хотел бы напомнить о том, что лидеры двух стран, премьер-министр Пашинян и президент Эрдоган, обменялись публичными заявлениями, в которых выразили готовность начать переговоры между двумя странами. Позднее были назначены спецпредставители по урегулированию отношений. Состоялись уже две встречи, соответственно в Москве и Вене, в ходе которых договорились о продолжении переговоров, направленных на полную нормализацию отношений без предварительных условий. Я посетил Анталью и участвовал в Анталийском дипломатическом форуме, чтобы еще раз подтвердить политическую волю правительства Республики Армения добиться полноценной нормализации отношений с Турцией и открыть эпоху мирного и устойчивого развития в регионе».

·       «В целом мы положительно оцениваем текущий процесс урегулирования отношений между Арменией и Турцией. Армения готова установить дипломатические отношения с Турцией и открыть границы. Был рад услышать от моего турецкого коллеги, что и у них есть политическая воля, чтобы вести процесс к этой цели. Думаю, сейчас, когда события в мире развиваются очень быстро, мы не должны медлить с конкретными шагами».

·       «Люди уже пользуются прямыми рейсами из Еревана в Стамбул. Открытие границ окажет положительное влияние на торгово-экономические отношения, контакты между людьми и стабильность в регионе в целом».

·       «Это первый визит высокопоставленного армянского чиновника в Турцию за последнее десятилетие. Разумеется, если процесс урегулирования будет протекать гладко, и мы добьемся положительных результатов, возможны взаимные визиты».

·       «В целом население Армении за нормализацию отношений с Турцией. Это отражается и в опросах общественного мнения. Конечно, и в армянском, и в турецком обществе есть группы, которые, так сказать, скептически относятся к этому процессу. Должностные лица с обеих сторон должны взять на себя инициативу в решении этих вопросов. Во время моей встречи с министром Чавушоглу мы обменялись мнениями по некоторым чувствительным моментам, и я надеюсь, что они будут приняты во внимание».

23 марта министр иностранных дел Армении Арарат Мирзоян заявил в парламенте: «Мы убеждены, что Армения и Турция могут и должны нормализовать, урегулировать отношения, то есть установить отношения и открыть границы. В контексте этого процесса позитивное влияние оказала и встреча министров иностранных дел Армении и Турции. Решение участвовать в Анталийском форуме на уровне главы МИД было правильным решением. Конечно, никакой осязаемой, конкретной договоренности достигнуто не было, но обе стороны подтвердили, что мы продолжаем диалог, процесс без предварительных условий, с целью действительно открыть границы. Тактически между двумя сторонами есть некоторые различия в темпах, но в целом, по крайней мере на вербальном уровне, обе стороны подтвердили, что конечным результатом является открытие границ. Мы также обсудили текущие вопросы в контексте открытия границ, то есть приграничные, торговые и прочие, для того чтобы облегчить жизнь наших соотечественников, работающих в этой сфере».

24 марта в Вене состоялась вторая встреча спецпредставителей по процессу нормализации отношений между Арменией и Турцией. Дипломаты подтвердили, что конечной целью переговоров является полноценное урегулирование, как и договаривались во время первой встречи в Москве. Стороны обменялись мнениями о возможных совместных конкретных шагах в этом направлении и подтвердили свое согласие на продолжение процесса без предварительных условий.

13 апреля премьер-министр Никол Пашинян заявил: «У Армении никогда не было территориальных претензий к Азербайджану, и арцахский вопрос не вопрос территории, а вопрос права, следовательно, для Армении принципиальное значение имеют гарантии безопасности армян Карабаха, обеспечение их прав и свобод и уточнение окончательного статуса Нагорного Карабаха…. Если мы не пойдём на этот шаг [подписание мирного соглашения — прим. автора], то будет новая война, и международное сообщество нам не поможет. Я не готов повторять ошибок 2020 года... Сегодня международное сообщество нам говорит: немного опустите вашу планку в вопросе Нагорного Карабаха, и вы будете иметь большую международную консолидацию. В противном же случае они просят не возлагать на них каких-либо надежд. Это связано не с отсутствием желания оказать помощь, а с тем, что они попросту не в состоянии ее оказать… Международное сообщество нам четко говорит: быть единственной страной в мире, которая не признает территориальную целостность союзника Турции — Азербайджана, является большой угрозой не только для Карабаха, но и для Армении… Я дал согласие на то, чтобы главы МИД начали подготовительные работы к мирному договору...»[6].

Этим выступлением Никол Пашинян резко снизил планку требований Армении в вопросе карабахского урегулирования. Если ранее армянская сторона требовала предоставления независимости Нагорному Карабаху, то теперь она заявила, что для Армении принципиальное значение имеют гарантии безопасности армянского населения Карабаха, обеспечение их прав и свобод и уточнение окончательного статуса региона. Это был большой шаг навстречу требованиям Азербайджана и Турции.

25 апреля министр иностранных дел Армении Арарат Мирзоян провел телефонный разговор с министром иностранных дел Азербайджана Джейхуном Байрамовым, в ходе которого Армения и Азербайджан согласовали структуру комиссии по делимитации и приграничной безопасности. Министры также обменялись мнениями о реализации договорённостей, достигнутых на уровне лидеров двух стран. Стороны обсудили вопросы, связанные с решением гуманитарных вопросов и подготовкой мирных переговоров.

2–6 мая глава МИД Армении Арарат Мирзоян посетил с рабочим визитом США. В Вашингтоне министр встретился с госсекретарем США Энтони Блинкеном, директором Агентства США по международному развитию (United States Agency for International Development, USAID) Самантой Пауэр, специальным помощником президента США Амандой Слот, высокопоставленными представителями конгресса США и выступил с речью в аналитическом центре Atlantic Council.

Во время встречи с главой американского внешнеполитического ведомства Мирзоян высоко оценил принципиальную позицию США в отношении признания геноцида армян, подчеркнув важность заявления президента США Джо Байдена по случаю годовщины событий. Собеседники обменялись мнениями о начале переговоров между Арменией и Азербайджаном по всеобъемлющему мирному договору.

Мирзоян подчеркнул важность посреднических усилий США, направленных на мирное урегулирование карабахского конфликта, в качестве сопредседателя Минской группы ОБСЕ, представил Энтони Блинкену действия Азербайджана, направленные на создание гуманитарного кризиса в Арцахе, и подчеркнул необходимость репатриации армянских военнопленных, заложников и других удерживаемых лиц, а также сохранения армянского культурного и религиозного наследия на территориях, перешедших под контроль Азербайджана.

В ходе встречи обсуждалась также реализация договорённостей о создании комиссии по демаркации и безопасности границ. Министр Мирзоян проинформировал собеседника о развитии процесса нормализации отношений между Арменией и Турцией. Госсекретарь Блинкен отметил, что США полностью поддерживают нормализацию отношений между Арменией и Турцией и ценят конструктивные усилия Армении в этом процессе.

3 мая в Вене состоялась третья встреча спецпредставителей Армении и Турции. Как заявил по итогам встречи МИД Армении, дипломаты подтвердили намерение достигнуть в рамках этого процесса полноценного урегулирования между странами. В связи с этим состоялся откровенный и результативный обмен мнениями, обсуждались возможные шаги для достижения ощутимого прогресса в этом направлении.

Таким образом, после Второй карабахской войны Армения и Турция прошли значительный путь к нормализации отношений. Армении как проигравшей в войне стороне пришлось значительно снизить свои требования. Победа Азербайджана и освобождение оккупированных вокруг бывшей Нагорно-Карабахской автономной области районов сняли с повестки вопрос деоккупации азербайджанских территорий. И Анкара, и Ереван демонстрируют стремление к полной нормализации отношений. Для Турции это возможность упрочить свое влияние в регионе, которое резко выросло после войны, и потеснить Россию на территории её главного союзнике в регионе. Армения же имеет возможность наладить отношения с Турцией, особенно с учетом того, что влияние её бывшего противника в регионе резко выросло, а влияние России — её союзника в регионе — резко уменьшилось. Это позволяет Еревану минимизировать свои риски в зависимости от развития геостратегической обстановки — дальнейшего уменьшения влияния России в регионе и увеличения влияния Турции.

Очевидно, что Анкара не планирует ускорять процесс нормализации без учета азербайджанского фактора. И сегодня это ещё менее возможно, чем тринадцать лет назад. Азербайджан победил во Второй карабахской войне и стремится упрочить итоги этого успеха политически. Влияние Баку на процесс армяно-турецкой нормализации в обозримой перспективе будет только расти. Невозможность и нежелание отделять армяно-азербайджанский конфликт от армяно-турецких отношений стали одной из основных причин провала «футбольной дипломатии».

Поэтому в вопросе нормализации армяно-турецких отношений многое будет зависеть от продолжения диалога между Ереваном и Баку, разрешения проблемы демаркации границы, организации коридора между западными районами Азербайджана и Нахичеванской автономной республикой. В этом направлении, на первый взгляд, есть определенные успехи. Прозвучали заявления об открытии транспортных коммуникаций, наметился прогресс в вопросе о военнопленных, создана армяно-азербайджанская комиссия по делимитации и приграничной безопасности, возобновлено авиасообщение между Арменией и Турцией.

В то же время сохраняется острая проблема безопасности вдоль армяно-азербайджанской границы. Баку не рассматривает вопрос о статусе Карабаха, однако для Еревана он все еще находится на повестке дня. Не приходится ожидать быстрого разрешения имеющихся противоречий. Однако Армения уже начала снижать планку своих требований, и нормализация в новых условиях — важная часть формирования статус-кво после войны.

Впрочем, отношения с Турцией являются и важнейшим вопросом армянской внутриполитической повестки. В особенности тогда, когда часть оппозиции прямо обвиняет правительство в необоснованных уступках и едва ли не в сознательной сдаче позиций Анкаре и Баку. В некоторых оппозиционных изданиях Рубиняна даже называли «турецким агентом».

Армянское общество устало от войны, а карабахская повестка сейчас не является главным мобилизующим фактором, но реальные уступки — по статусу Нагорного Карабаха или по территориям Армении — могут изменить ситуацию не в пользу команды Пашиняна. В этой связи он сам, несмотря на нынешнее тяжелое положение страны, не снимает с повестки дня «статусный» вопрос, хоть и в более мягкой форме. Пограничную же проблему исключить не получится.

В урезанном виде самопровозглашенная Нагорно-Карабахская Республика все равно существует. Готов ли Ереван рискнуть и отказаться от всяких претензий на Карабах ради мирного договора с Азербайджаном? Ясности в этом вопросе нет.

В настоящее время Армения переживает тяжелейшую национальную травму. Утрачен «пояс безопасности» (оккупированные районы вокруг бывшей НКАО), статус Карабаха по факту выведен за рамки переговоров. Баку настаивает на том, что конфликт завершен и нет необходимости что-либо уточнять. Более того, на первый план вышел вопрос о демаркации и делимитации границы с Азербайджаном в условиях намного менее выгодных, чем годом или двумя ранее. В армянском обществе фактор «большой Армении», которая включала бы Карабах и районы вокруг него, переосмысливается. Парламентские выборы в прошлом году представляют собой наглядное доказательство.

После 24 февраля 2022 г. возник новый фактор, который окажет существенное влияние на то, как будет развиваться военно-политическая обстановка в регионе. Специальная военная операция России на Украине и нарастающая конфронтация между Россией и Западом оказывают серьёзное воздействие и на ситуацию в Закавказье.

6 апреля в Брюсселе состоялась трёхсторонняя встреча между премьер-министром Армении Николом Пашиняном, президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым и председателем Европейского совета Шарлем Мишелем. По итогам переговоров лидеры Армении и Азербайджана поручили своим министрам иностранных дел начать подготовку к мирным переговорам[7].

8 апреля глава МИД России Сергей Лавров во время совместной пресс-конференции по итогам визита Арарата Мирзояна констатировал, что США и Франция отказались от сотрудничества с Россией в формате сопредседательства в Минской группе ОБСЕ. По словам министра, Вашингтон и Париж «готовы пожертвовать интересами урегулирования в Карабахе и в целом в Закавказье».

13 апреля Никол Пашинян откровенно рассказал об этих переговорах и о новой ситуации. Он заявил, что Запад требует снизить планку требований в карабахском вопросе. Иными словами, европейцы и американцы полагают, что Карабах должен находиться в составе Азербайджана, и на переговорах Баку и Еревана речь может идти о статусе и безопасности карабахских армян, но в составе Азербайджана. Таким образом, Запад заинтересован в заключении мирного соглашения между Азербайджаном и Арменией без участия России. Москва тем самым лишается своего статуса главного медиатора и посредника в отношениях между Баку и Ереваном.

Таким образом, Закавказье становится одним из регионов, где Запад будет пытаться изолировать Россию и уменьшить её влияние. Минская группа ОБСЕ, в рамках которой Россия и Запад успешно сотрудничали, несмотря на расхождения по Грузии, Молдавии и Украине, фактически парализована. Взаимодействие в этом формате, скорее всего, продолжено не будет. На этом фоне США и их союзники будут решать свои задачи, без учёта интересов России. Вашингтон будет поддерживать любые западные инициативы по примирению Баку и Еревана. Главное, чтобы соглашения по делимитации, демаркации и подготовка армяно-азербайджанского мирного договора выглядели как инициатива, поддерживаемая и направляемая Западом.

В этой связи наиболее уязвимыми оказываются позиции Армении, которая ранее считалась главным военно-политическим союзником России. Дальнейшее ослабление влияния России, переключение основного внимания Москвы на Украину, втягивание Вооружённых Сил России в длительную военную операцию, жёсткое противостояние между Россией и Западом, заставляют Ереван искать запасные варианты.

Позиции Азербайджана выглядят более прочно. Баку изначально сделал ставку на развитие военно-союзнических отношений с Турцией, поддерживая при этом хорошие политические отношения с Россией. Поэтому возможное уменьшение военно-политического влияния России в регионе не несёт для Баку значительных рисков.

Наибольшие перспективы открываются перед Турцией: увеличение прямого влияния в регионе путем нормализации отношений с Армений и дальнейшее развитие отношений с Азербайджаном. Жёсткая конфронтация России и США резко повышает значение Турции для обеих сторон, что усиливает переговорные позиции Анкары. Новая холодная война даёт Турции возможность продвигать на Западе один из фундаментальных тезисов: «Турция в качестве "наконечника копья" Запада занимается сдерживанием России в целом ряде регионов, включая Балканы, Восточную Европу, Черноморский бассейн, Кавказ, Центральную Азию»[8].

Ситуация заключается в том, что Турция в принципе пытается создать на Западе образ «балансира опасной России». Холодная война XX в. закончилась и роль Турции как южного фланга НАТО исчезла с распадом Советского Союза и роспуском Организации Варшавского договора. Однако нынешняя международная обстановка и ставшая вновь актуальной жёсткая конфронтация России и США даёт Турции возможность вернуться к прежнему положению дел.

В случае, если Турция сможет получить «одобрение» США на выполнение обозначенной выше роли, ее активность и напор резко возрастут. Пока такой «всеобъемлющей сделке» между США и Турцией мешает ряд проблем: признание США геноцида армян, исключение Турции из программы создания истребителя пятого поколения F-35, разногласия по курдским отрядам в Сирии, американские санкции за приобретение российских зенитных ракетных комплексов С-400, нежелание Эрдогана быть «младшим партнером» Вашингтона и т. д. Но после 24 февраля ситуация в американо-турецких отношениях может резко измениться, что сразу скажется на действиях Турции в Закавказье. Похоже, Турция выбрала очень осторожную стратегию и внимательно следит за событиями в регионе, ожидая шанса на резкую активизацию своей политики.

Главным фактором, который будет влиять на расстановку сил в Закавказье, безусловно, является специальная военная операция России на Украине. От её результатов зависит место и вес России как мире, так и на Южном Кавказе. Победа резко усилит вес и влияние России, заставит всех других игроков считаться с её мнением. Неудача же резко ослабит позиции Москвы, открыв окно возможностей для других акторов, как это произошло в 1917 или 1991 гг.




[1] Буря на Кавказе / под. ред. Р. Н. Пухов, М.: Центр анализа стратегий и технологий, 2021, 128 с.

[2] Там же.

[3] Премьер-министр: Севрский договор до сих пор находится в центре внимания официального Еревана // Радио Азатутюн, 10.08.2020, https://rus.azatutyun.am/a/30776483.html.

[4] Президент: «Севрский договор остается важным документом о праве армянского народа на справедливое решение Армянского вопроса» // Радио Азатутюн, 10.08.2020, https://rus.azatutyun.am/a/30775992.html.

[5] Интервью министра иностранных РА Арарата Мирзояна агентству «Анадолу» // Официальный сайт министерства иностранных дел Республики Армения, 15.03.2022, https://www.mfa.am/ru/interviews-articles-and-comments/2022/03/15/fm_mirzoyan_anadolu/11351.

[6] Пашинян: нам говорят — опасно не признавать территориальную целостность союзника Турции // Sputnik Армения, 13.04.2022, https://ru.armeniasputnik.am/20220413/pashinyan-nam-govoryat--opasno-ne-priznavat-territorialnuyu-ts....

[7] Пашинян и Алиев поручили начать подготовку к мирным переговорам // РИА Новости, 07.04.2022, https://ria.ru/20220407/peregovory-1782200594.html.

[8] Стародубцев И. Реакция в Турции на признание президентом США Джо Байденом событий 1915 года «геноцидом» // Институт Ближнего Востока, 27.04.2021, http://www.iimes.ru/?p=76888.