В центре внимания

Где проходит предел прочности солдата на войне?

Где проходит предел прочности солдата на войне?

31 октября 2023 года состоялась 6-я ежегодная конференция «Огарковские чтения», посвященная памяти яркого русского военного мыслителя второй половины XX века, начальника Генерального штаба ВС СССР (1977–1984) маршала Николая Огаркова.

На конференции, кроме всего прочего, затрагивались вопросы боевой усталости бойцов и командиров, выгорания личного состава в ходе боевых действий, посттравматических стрессовых расстройств.

БОЕВАЯ УСТАЛОСТЬ

С докладом на тему «Боевая усталость. Мировой опыт изучения и преодоления последствий психических травм» выступил консультант Центра анализа стратегий и технологий Сергей Денисенцев.

Как отметил специалист, различные проявления психологической усталости от ведения боевых действий и военные неврозы известны с глубокой древности. Психосоматические расстройства наблюдались уже у участников битвы при Марафоне в 490 году до н.э. во время первого персидского вторжения в Грецию.

Но к системному изучению проблемы и поиску ее решений приступили лишь в XIX веке. Это впервые произошло в годы Гражданской войны в США (1861–1865).

Доктор Да Коста работал ассистентом хирурга в Филадельфии, где была развернута главная военно-медицинская база армии южан. Врач заметил в потоке раненых и больных солдат с характерным набором физических и психических симптомов. Они испытывали одышку, сердцебиение, боль в груди, слабость, потливость, диарею, головную боль, головокружение, нарушения сна, непроходящую усталость и тяжелую форму тоски по дому, а иногда еще и ортостатическую непереносимость (когда трудно стоять и все время тянет прилечь).

В июне 1863 года коллега Да Косты доктор Генри Хартшорн доложил на заседании филадельфийского врачебного общества об аналогичном синдроме, посчитав его причиной «мышечное истощение сердца» (muscular exhaustion of the heart). И отметив в своем докладе, что еще раньше его коллега Альфред Стилле уже описывал подобное расстройство как «очень частый симптом среди солдат, возможно, обусловленный межреберной невралгией, но часто, по-видимому, возникающий в состоянии крайнего истощения».

«СНАРЯДНЫЕ КОНТУЗИИ»

Боевая психическая травма (англ. shellshock – «снарядный шок») впервые была признана как особый феномен военного времени во время Первой мировой войны в Канаде, в США и в большинстве европейских стран.

Как отмечал историк Энди Вест, ужасы кровавой мясорубки нередко наносили солдатам, которым приходилось сражаться на полях Европы, глубочайшие психические травмы. Сама природа Первой мировой войны, выродившаяся на большей части театров военных действий (ТВД) в противостояние почти неподвижных масс войск, обусловливала высокий уровень подобных потерь.

Термин «военный невроз», «снарядная контузия» или чаще просто «контузия» применялся к широкому спектру боевых потерь, симптомы которых могли выражаться в потере способности двигаться либо утрате пораженным контроля за работой мочевого пузыря и кишечника.

Статистика умственных расстройств во время войны неизменно росла. Так, за все время Первой мировой Соединенные Штаты направили в Европу миллион бойцов. 116,5 тыс. из них погибли, а еще не менее 159 тыс. солдат вышли из строя вследствие психических травм.

Психиатры по обеим сторонам линии фронта пытались разобраться в причинах этого заболевания. И приходили к выводу, что эффект от разрывов снарядов оказывает давление на мозг, вынуждая его реагировать на раздражитель. Некоторых солдат пробовали лечить от контузий, в австрийской армии даже практиковали электрошок.

В других случаях на подобное состояние военнослужащих просто не обращали внимания – а случалось, и ставили к стенке за пренебрежение своими обязанностями. Если отвлечься от сложной терминологии, причина, вероятно, заключалась в том, что на долю людей выпадало больше крови и ужаса, чем их разум оказывался в состоянии вынести.

Участник боевых действий английский поэт Уилфред Оуэн понимал это и выразил свои впечатления в строках стихотворения «Помутнение рассудка»:

«Они просто те, чей разум / Украли убитые / Память шарит в их душах / Шевелит их волосы ветром дыхания мертвых».

«РАССТРОЙСТВО ГУАДАЛКАНАЛА»

Вторая мировая война возобновила интерес к военным стрессовым реакциям. Появился термин «невроз военного времени».

К примеру, более 500 американских морских пехотинцев, участников битвы за Гуадалканал, которая проходила на Тихом океане, на Соломоновых островах (7 августа 1942 года – 9 февраля 1943 года), лечились от таких симптомов, как тремор, чувствительность к громким шумам и периоды амнезии. Это состояние морпехов было позднее названо «расстройством Гуадалканала».

В Вооруженных силах США до 1 июля 1945 года по нервно-психическим показаниям были признаны не годными к дальнейшему прохождению военной службы 314,5 тыс. военнослужащих. Это составляло 43% всех санитарных потерь. К этому списку следует добавить еще 130 тыс. человек, уволенных из-за личностных дефектов, которые сделали их не способными к дальнейшему продолжению военной службы. Характерно, что самую большую категорию санитарных потерь, зафиксированных на Тихоокеанском ТВД, составляли нейропсихиатрические пациенты.

По этим причинам Вооруженные силы США первыми начали создавать систему психиатрической помощи военнослужащим. В ноябре 1943 года в организационно-штатную структуру дивизий ВС США были введены психиатры. При офисе главного хирурга Сухопутных войск ВС США появился отдел консультантов нейропсихиатрии.

МЕХАНИЗМЫ БОЕВОГО СТРЕССА

С точки зрения современных знаний боевой стресс, также известный как боевая усталость, является обычной реакцией на умственное и эмоциональное напряжение, подчеркивает Сергей Денисенцев. А эта реакция, в свою очередь, может привести к понижению чувствительности, замедлению реакции на внешние раздражители, нарушению координации движений, ослаблению внимания и памяти. Все это в совокупности безусловно снижает или ставит под угрозу выполнение боевых задач.

Военнослужащие становятся свидетелями убийств не только сослуживцев и друзей, но и мирных жителей. Солдаты вынуждены по приказу уничтожать врага. Тем не менее для человека убийство себе подобного – акт противоестественный. Даже лица, не находящиеся непосредственно в зоне боевых действий (такие как врачи, фельдшеры и медсестры в госпиталях) или пребывающие там временно (такие как пилоты военно-транспортных самолетов или волонтеры), подвержены риску развития подобных симптомов.

При осознании того, что предстоит деятельность, связанная с большим риском и неизбежными трудностями, у человека увеличивается нагрузка на нервную, гормональную, сердечно-сосудистую системы. Эта нагрузка выражается повышенным кровяным давлением и учащенным сердцебиением, сухостью во рту и повышенным потоотделением, нарушением деятельности кишечника и мочевыделительной системы.

Таким образом человек реагирует на сильное возбуждение. В организме происходит увеличенная выработка гормонов и химических веществ, которые повышают содержание в крови адреналина, холестерина, мочевой кислоты, сахара.

В настоящее время известны следующие инструменты и методики краткосрочного снижения боевых стрессовых реакций, получившие название «принципы PIES» (по первым буквам предлагаемых терминов). К ним относятся:

– proximity (близость) – оказание помощи солдатам как можно ближе к их подразделениям и месту боя;

– immediacy (неотложность) – своевременное выявление потребности в медицинской помощи и немедленное лечение;

– expectancy (ожидание) – необходимость обеспечить позитивный прогноз для борьбы с потерями, вызванными усталостью; пострадавшему следует ожидать полного выздоровления и досрочного возвращения в строй (return to duty – RTD);

– simplicity (простота) – простой подход к лечению.

СВОЕВРЕМЕННАЯ РОТАЦИЯ

Считается, что впервые систематическая ротация военнослужащих на передовой была внедрена американцами в ходе Второй мировой войны. На самом деле подобные новации в практику войск внедрили еще французы в ходе битвы на Вердене в 1916 году. Как вспоминал генерал Анри Петен, «по соглашению со Ставкой главнокомандующего мы производили быстрые и частые смены, чтобы не позволять соединениям долго оставаться на поле сражения, где они рисковали истощиться как морально, так и численно. Дивизии проходили как бы через «черпалку» (noria), оставляя на Верденском фронте свою долю усталости и крови, затем возвращались в тыл или на более спокойные участки, чтобы там вновь ожить и быть использованными для других целей».

Психиатр Джон Аппель, изучавший случаи боевого истощения частей и соединений ВС США во время битвы при Монте-Кассино (проходила с 17 января по 19 мая 1944 года) и Анцио-Неттунской операции (в 1944 году), обнаружил, что средний американский пехотинец в Италии «изнашивался» (буквальный перевод английского wearness – «износ») за 200–240 дней.

Джон Аппель пришел к выводу, что американский солдат «сражается за своих приятелей или потому, что его самоуважение не позволяет ему уйти». Но после нескольких месяцев участия в боях у солдата не оставалось причин продолжать сражаться, потому что он уже доказал свою храбрость. К тому времени большинство сослуживцев бойца было или ранено, или убито. Джон Аппель помог ввести 180-дневный лимит для солдат в активных боевых действиях.

Специалисты Сухопутных войск ВС США в своих исследованиях установили, что предел прочности для солдата на линии фронта составляет от 60 до 240 дней, в зависимости от интенсивности боевых действий. Для летчиков стратегической бомбардировочной авиации США в ходе Второй мировой войны была установлена норма в 25 боевых вылетов на бомбардировку объектов на территории Германии (на завершающем периоде войны была повышена до 30 боевых вылетов).

Во время войны во Вьетнаме (1964–1975) получила практику политика индивидуальной ротации: военнослужащий Сухопутных войск ВС США служил во Вьетнаме 12 месяцев (морской пехотинец – 13 месяцев), а затем отбывал в США. Вместе с тем постоянная смена военнослужащих в подразделениях из-за боевых потерь и завершения срока службы существенно ослабила чувство товарищества и отразилась на эффективности боевого применения рот и батальонов.

Срок ротации частей и подразделений Сухопутных войск ВС США в Ираке был установлен в 12 месяцев. Однако при этом возникли проблемы как удержания на военной службе, так и последующего набора кадров. В свою очередь, это привело к тому, что Сухопутные войска ВС США снизили стандарты приема на военную службу.

Многие специалисты призывали политических лидеров Соединенных Штатов рассмотреть вопрос о возвращении системы призыва, чтобы помочь Вооруженным силам, истощенным войнами в Ираке и Афганистане, в комплектовании частей и соединений личным составом. В 2007 году срок ротации подразделений, находящихся в зоне ответственности Центрального командования ВС США, был увеличен на три месяца.

Плюсы ротации подразделений и частей заключаются в снижении боевой усталости бойцов и командиров и рисков посттравматических стрессовых расстройств личного состава. Конечные сроки пребывания в зоне боевых действий также дополнительно мотивируют бойцов на успешное выполнение боевых задач.

Вместе с тем постоянная замена отдельных бойцов в ротах и батальонах (по истечении их срока службы в зонах боевых действий) может существенно повлиять как на войсковое товарищество, так и на коллективизм в ротах и батальонах. А это, в свою очередь, самым непосредственным образом сможет сказаться на эффективности боевых действий. 


Михаил Ходаренок

Источник: Независимое военное обозрение

Дата публикации: 20.11.2023